На вопросы отвечает вице-канцлер Министерства окружающей среды Андрес Талиярв. Сейчас проводится месяц защиты природы. Что для Вас означает защита природы? Если чайка нападает на птенцов гаги, хочется вступиться и защитить их, однако в природе эта ситуация неизбежна – в противном случае чайка умрет с голода. Так же и с людьми – чтобы выжить, им надо есть и вить свое гнездо. Человек является частью природы и столь же беспомощен против сил природы, как птенец гаги против чайки. Чтобы в нашем климате пережить зиму человек нуждается в теплом доме; чтобы была теплая комната, приходится пользоваться природными богатствами – иначе невозможно. Основной вопрос заключается вот в чем: как использовать эти богатства – экономно или расточительно. Экономное использование основано на волчьей логике – не убивай больше, чем можешь съесть. Людям тоже не стоит брать от природы больше, чем необходимо. Для меня защита природы заключается в том, чтобы не брать от природы больше, чем необходимо, и давать природе время на восстановление. Мы должны найти баланс между потребностями человека и сохранением видов и их мест обитания.
Как в Эстонии обстоят дела с риродой и ее защитой? Я считаю, что дела обстоят неплохо. Наибольшая нагрузка на окружающую среду ложится в связи с добычей и использованием горючего сланца, но в данный момент особых альтернатив этому не видно. Если мы хотим, чтобы зимой наши дома были теплыми, то, фигурально выражаясь, что-то нужно бросить в печь: будь то древесина, сланец или нефть. Разумеется, определенную роль играют и восстанавливаемые источники энергии, но невозможно прожить только с ее помощью, и потом, ее нельзя назвать абсолютно безопасной. Некоторые думают – можно же ничего не брать у себя в стране. Не копать, не рубить, все можно импортировать – щебень, древесину… Но за импорт ведь надо как-то платить. Чем мы заплатим? Такой обширный импорт не только нецелесообразен, но и оказывает огромную нагрузку на окружающую среду. Если подумать глобально, то все мы живем на одной планете, и злоупотребление ресурсами оказывает влияние на всех ее жителей.
Может ли вообще человек защитить природу или природа регулируется сама, происходит естественный отбор и в живых остаются сильнейшие? Насколько способен человек регулировать эти процессы? В природе все связано, природа не терпит пустоты. Если говорить, например, о лесных зверях, то виды хорошо размножаются, если у них есть к этому благоприятные условия – достаточно пищи и мало врагов. После Первой мировой войны в Эстонии практически не было лосей – большинство из них были съедены военными. Лосей стало больше лишь в двадцатых годах прошлого века и тогда говорили, что оптимальная для Эстонии популяция лосей – максимум 100 особей. Были времена, когда на территории Эстонии жили 15 000 лосей. Это показывает, насколько силен этот вид. Никто их не разводил, лоси просто размножаются. Я помню времена, когда бобр был редким зверем и находился под защитой. Сегодня бобров столько, что они мешают землевладельцам. Я считаю, что бобр не только досаждает людям, но также способствовал исчезновению из рек форели, своими плотинами преграждая путь рыбе в места нереста. В таком случае охота может помочь отрегулировать их численность, в т.ч. поспособствовать увеличению популяции. Кормление лесных зверей холодной зимой, и сохранение жизни слабых особей кажется гуманной деятельностью, но в какойто момент животных становится слишком много и они начинают досаждать людям. Кабан разроет картофельные поля, козы и лоси съедят молодые саженцы. Это доставляет людям немало проблем. Сейчас мы не можем защитить людей от животных, которые приходят кормиться на их территорию. Необходимо найти баланс и компромиссы. Как много «слишком много», и как мало «слишком мало»? Если уж человек начал регулировать эти вопросы, став, в некотором роде, полицией природы, то он не может в какой-то момент просто отойти и пустить все на самотек. Да, мы должны регулировать, но решения следует принимать, учитывая все стороны вопроса.
Задачей Министерства окружающей среды является поиск баланса? Баланс возникает во время совместной работы. Министерство не может придерживаться точки зрения, что оно самое умное. Для всех заинтересованных групп наилучшим решением является компромисс, договоренность, в которой учитываются интересы землевладельцев, защитников природы и других организаций. Все стороны должны собраться за одним столом и достичь консенсуса. Если это невозможно, то придется немного уступить. Задача министерства – создать на основании достигнутых договоренностей рабочую модель, и гарантировать, что договоренность обретет правовую форму. В данный момент ведутся дебаты о внесении изменений в Закон об организации охоты, а также составление Программы развития охраны природы до 2020 года и Программы развития лесного хозяйства до 2020 года. В составлении данных программ крайне важен именно процесс их составления, когда поднимаются вопросы, о них спорят, ищут решения. В реальности такие споры и поиск решений – непрекращающийся процесс. На момент, когда договоренности будут достигнуты и, с одобрения Рийгикогу, станут законом, жизнь уже изменится настолько, что впору будет начинать новые переговоры. Это не означает, что работа проделана некачественно – просто мир постоянно меняется. Никогда не будет такого момента, когда все будет готово и все будет в порядке.
Эстонцам нравится говорить про себя – «Мы – лесной народ». Как Вам кажется, этот имидж оправдан? Самая понятная защита природы связана для людей с лесом. Лес – наиболее заметная и эмоциональная часть природы. Древесина – лучшее изобретение бога, единственный строительный материал, который буквально «растет на дереве». Лес занимает более половины принадлежащей Эстонии суши – поэтому у каждого из нас должна быть эмоциональная связь с лесом. Недавно я прочел одно исследование, связанное с лесом, и мне показался абсолютно невероятным тот факт, что 20% таллиннцев никогда не выезжали за город. Они живут исключительно в каменной среде и их понимание о природе гораздо более ограниченно, чем у людей, живущих в непосредственном контакте с природой. 20% это очень много! Понимание природы должно придти и к этим людям, а в первую очередь его надо взрастить в детях. Я замечал, что мы, как специалисты, обычно говорим о природе с другими специалистами, при этом используя специальные термины, которые абсолютно ничего не говорят не знакомым с этой сферой людям. Я считаю, что процессы, происходящие в природе, необходимо объяснять более простым языком. То, что человек не знает латинского названия того или иного растения не делает его далеким от природы. Не надо считать, сколько посещений у того или иного сайта о природе. Показателем являются те самые горы мусора у автомобильных дорог. Мусор в такое место отвозят люди, у которых понимания природы нет. Тема мусора популярна и многие люди осуждают загрязнение природы, но массы еще не прониклись идеей охраны природы. Это вопрос культуры. Недавно я посетил Японию, где люди, планирующие покурить на улице, обязательно берут с собой карманную пепельницу – там никому не приходит в голову бросить окурок на землю. В публичных местах принято обмениваться SMS-сообщениями, а не разговаривать по мобильному телефону – благодаря этому уровень шума на порядок меньше. Это показывает заботу о происходящем вокруг и в отношении всего живого. Нам бы побольше такой заботы! Защита природы этонепрекращающаяся работа, это поиск баланса между человеком и всем, что его окружает, и каждый может внести свой вклад.
С Андресом Талиярвом беседовали Хеле Оявеэр и Эве Ранд из отдела общественных связей Министерства окружающей среды. (22/05/2009) |
|
